Плоды Гордыни

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Плоды Гордыни » Принятые анкеты » In war, victory. In peace, vigilance. In death, sacrifice.


In war, victory. In peace, vigilance. In death, sacrifice.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://se.uploads.ru/QHXoZ.png


Знакомство

Имя: Солона Амелл. Редко слышит к себе обращение по имени, более привыкшая к тому, что называют её во всём многообразии вариаций от «Командора» до «Героини», ведь порой забывают, что за всеми званиями и титулами всё же стоит человек, а не образ.

Дата рождения: 28 день Плуитаниса 9:10 Века Дракона.

Раса: Человек.

Принадлежность: Серый Страж, ферелденский Страж-Командор, Героиня Ферелдена, эрлесса Амарантайна, марчанская дворянка.

Класс и специализация: Маг | Рыцарь-чародей.

Умения и навыки: Прежде чем браться за оружие, Солона предпочитает начать с разговора – порой, наиболее ценной является та драка, которой не было. А уж что-что, а говорить Амелл умеет убедительно, красноречиво и дипломатично, заговаривая зубы почти что всякому. Дипломат, не редко ведет переговоры от имени Серых Стражей самолично.
Получила блестящее образование от частных учителей в юном возрасте, и лишь отточила знания и умение их применять на практике, будучи ученицей Круга. Сильна в истории, географии, риторике, астрономии, изучала вопросы теологии.
Не плохой стратег и тактик, скрупулезно относится к разработке планов действий, хотя не отрицает порой ценности импровизации. Имеет определенный лидерский талант, в конце концов, даром ли она вела не раз людей за собой в битву не на жизнь, а на смерть.
Умеет держаться в седле, хотя не сразу к этому привыкла после Круга. Плаванию научилась так же уже будучи взрослой, когда покинула Круг.
Жизнь в походных условиях научила самостоятельно справляться с «мелким бытом», который необходим, когда большая часть жизни проходит в лагере – может и съестное состряпать, и экипировку порванную заштопать, и раны простенькие перевязать.
Разбирается в картах, хорошо их читает и сама прокладывает маршруты при надобности.
Говорит на общем языке с легким марчанским говором, так же знает орлесианский язык. Из книг почерпнула небольшой базис тевина, но больше годящийся для чтения и переводов, нежели для ведения беседы, от Стэна же нахваталась кунарийских выражений.
Пыталась научиться у Лелианы игре на лютне, но лучше ей дается пение. Тем не менее, подобный свой талант она стесняется лишний раз демонстрировать.
Еще в Круге научилась игре в «Королевы», бытие же с весьма оголтелыми сотоварищами оставило после себя еще и умение играть в карточные игры.
Хорошо разбирается в мабари, точно знает как следует тренировать их и заботиться.
Крепкая дружба с Огреном определенно научила разбираться в сортах эля.

Владеет древковым оружие (преимущественно посохи, но если ей вручить копье, то и с ним она сможет справиться) и, благодаря многочисленным тренировкам с духовным клинком, в целом, представляет себе как управляться и с настоящим, хотя лишь в теории.
Так как в связи с особенностями своей специализации она из тех магов, что идут в открытый бой, а не атакуют издалека, посему Амелл отдает не мало времени тренировкам, и главным своим козырем в бою считает скорость и ловкость.

Классовые

[float=left]http://eluvian.f-rpg.ru/files/0015/6d/aa/66526.png[/float]
Волшебная стрела
Заклинатель выстреливает во врага сферой магической энергии, наносящей умеренные духовные повреждения.

Волшебный щит
Заклинатель создает защитную оболочку, помогающую отклонять атаки врага путем прибавки бонуса к защите, пока этот режим активен.

Сосредоточение на посохе
Персонаж специализируется на непосредственных атаках посохом, а также способен использовать его, как древковое оружие в ближнем бою (хотя оно и не способно нанести серьезных повреждений противнику, одетому в нетканый доспех).


Заклинание

Описание

http://sh.uploads.ru/9agjW.pngЛедяная хватка

Маг создаёт порыв холода, ранящий и замедляющий жертву.

http://sg.uploads.ru/zYxlP.pngЦепная молния

Маг поражает цель молнией, после чего от неё отходят электрические дуги, поражая находящихся рядом врагов. С каждым новым ответвлением сила заклинания ослабевает. Союзники заклинателя также могут пострадать.

http://sh.uploads.ru/SRo9k.pngЛечение

Маг наполняет союзника целебной энергией, залечивающей раны и сращивающей кости. Сила заклинания зависит от магической силы мага.

http://sh.uploads.ru/u7K5v.pngРуна отталкивания

Концом посоха (или любого другого магического инструмента) маг вычерчивает на полу руну. Все заступившие в ее границы будут отброшены в сторону. Сила отталкивания зависит от мастерства мага и стойкости противника. Единожды исполнив свое предназначение, руна исчезает. Одновременно активными могут оставаться лишь две руны.


Рыцарь-чародей
[float=left]http://eluvian.f-rpg.ru/files/0015/6d/aa/26641.jpg[/float]
Боевая магия
Рыцарь-чародей направляет свою магическую энергию не в окружающий мир, а внутрь себя, полностью концентрируясь на бое и давая себе возможность беспрепятственно использовать способности. Повышается выносливость, реакция, сила заклинателя; в режиме боевого мага снижается шанс быть ошеломленным или сбитым с ног.   

Духовный клинок
Рыцарь-чародей призывает с помощью собственной энергии и зачарованной рукояти клинка себе в помощь духовный клинок, который по всем параметрам не уступает высококлассному мечу. Духовный клинок игнорирует магические барьеры, напрямую поражая тело. Духовным клинком можно отклонить стрелу или арбалетный болт и отразить вместе с волной энергии, способной ошеломить.

Теневой плащ
Рыцарь-чародей накрывает себя щитом, пользуясь энергией из Тени. Контуры тела размываются, и заклинатель практически исчезает, становясь едва заметной расплывчатой тенью. Эффект длится несколько секунд, но, если заклинатель оказывается возле врага, теневой плащ прекращает свое действие, все противники отбрасываются и ошеломляются взрывом чистой энергии.

Поле распада
Рыцарь-чародей создает купол, под которым все застывает в течение некоторого времени, кроме заклинателя и его союзников. Под куполом враги получают постоянный урон магией духа.

Возрождение
Рыцарь-чародей использует большинство своей силы, чтобы поднять на ноги тяжело раненых и находящихся при смерти союзников, создавая магическую руну, которая в течение короткого времени стремительно заживляет раны. Требует огромного выброса магической энергии  и может привести к обмороку.


Имущество: Недвижимое имущество: по факту Башня Бдения и эрлинг Амарантайн всё еще в её юрисдикции.
Вполне себе движимое имущество: - Сильверитовый посох с боевым лезвием на одном конце, используется как для дальнего (магические атаки), так и для ближнего боя; зачарованная рукоять клинка.
- Броня Серого Стража, но не типичная легкая броня магов, а больше напоминающая броню разбойника, кастомизированная владелицей - с нагрудником, наколенниками и набедренными щитками (иногда добавляет наплечники). Поножи поверх высоких сапог. На обеих руках кожаные наручи со стальными вставками, но перчатки на обеих руках отличаются друг от друга. Правая рука, основная рабочая – длинная перчатка с железными когтями и латной пластиной на тыльной стороне ладони. Левая рука, предназначенная для кастования магических заклятий в бою и требующая меньшей закрытости – аналогичная длинная перчатка с пластиной, но с открытыми пальцами. У синей куртки стража имеется в наличии капюшон. При надобности в дополнении есть плащ.
- Некоторая одежда для различных случаев - тренировочная, для долгих путешествий, для выхода в свет и дипломатических встреч.
- Серебряное кольцо, пропитанное лириумом – символ успешного прохождения Истязания в Круге. Амулет «Клятва Стража», сохранившийся со времён Посвящения. Овальный бронзовый кулон с гербом Амеллов. Фамильный перстень.
- Для дальних путешествий имеется «набор выживающего», включающий в себя необходимый минимум на случай, если придется разбить лагерь.
- Курительная трубка, огниво.
Питомец и ездовое животное: Боевой мабари по кличке Гарт, серебристо-серого окраса, один из щенков того самого пса, что прошел с ней Мор; гнедой жеребец, прозванный Свифтом, её любимец в конюшне Башни Бдения.


Подробности

Человека рисуют не одежда и внешность, а гораздо в большей степени — психофизика его движений:
походка, манера сутулиться или распрямлять плечи, еще тысячи малозаметных деталей,
которые для любого профессионала так же очевидны, как крупный текст в детской книжке.

Внешность: «Солёная марчанка» говаривали о ней в Круге словоохотливые ученики, посматривая украдкой и перешептываясь. Словно отражение пропахшего морем и залитого солнцем Киркволла, обветренная южным потоком, Солона выделялась среди белолицей ученической детворы и её невозможно было принять за ферелденку. Прошли годы, но при одном лишь взгляде на Амелл словно ощущаешь на губах тот самый привкус ветра с моря в киркволльском порту – «солёная марчанка». Смуглая кожа, испещренная веснушками тут и там – от лица, плеч и лопаток местами и до самых бедер и коленей – и в крупных чертах вытянутого лица вся марчанская порода и масть. Под ярко очерченными темными бровями глаза светлого оттенка голубого, с глубоким и проницательным взглядом. Вы, должно быть, особенный для неё, если заметите, как льдисто-холодный взгляд голубых глаз теплеет, обращенный к вам. На носу и выделяющихся скулах множество веснушек. В углу же рта, что не редко искривлен чуть саркастичной усмешкой, можно приметить небольшой шрам на нижней губе.
Некогда густые и вьющиеся волосы острижены коротко, отдав женственность в жертвенную дань практичности. Высокая и крепко сложенная, тело давно растеряло юношескую угловатость, а бытность стражем внесла свои коррективы в ставшие заметными мышцы. Длинная шея, длинные пальцы, длинные ноги, вытянутое лицо – именно словом «вытянутая» можно описать типаж фигуры Амелл, что лишь подчеркивается ростом. В движениях плавность, в походке уверенность, плечи расправлены, на лице спокойствие – она создает впечатление о себе, как о человеке решительном и надежном.
Из всех возможных нарядов чаще всего её можно увидеть в броне Серых Стражей, в сине-серебряных цветах. И даже в более неформальной обстановке она предпочитает отдавать в одежде предпочтение оттенкам синего. Из украшений она особую любовь она проявляет к кольцам и различным кулонам и амулетам.
На левом бедре свои крылья расправил вытатуированный грифон с герба Серых Стражей – когда-то в подпитье проспорив Огрену, Солона сдержала слово и татуировка обрела своё место на её теле. В каждом ухе у неё проколота мочка, а в левом еще и хрящик – подарок от ривейнки, с которой она повстречалась в Денериме.
Голосом обладает невысоким, глубоким и мягким. В нём даже присутствует своя особая мелодичность. Она говорит размеренно и четко, не торопясь, и не повышая тона. Серьезные и напряженные разговоры добавляют в него стальные нотки. Крик себе позволяет обычно лишь тогда, когда отдает приказы на поле боя или же в ситуации, когда нашкодившие стражи (о, а таких на её опыте было не мало) требуют по отношению к себе дисциплинарного выговора по всем статьям. Зато смех Амелл, ставший в последнее время редким явлением, звонок и заразителен.

У каждого человека три характера: тот, который ему приписывают;
тот, который он сам себе приписывает;
и, наконец, тот, который есть в действительности.

Характер: Первым был ребенок, открытый этому миру. За ним шла девочка, замкнувшаяся в себе и учащаяся доверять людям заново. Потом пришла девушка, напуганная, но не сломленная. На смену им всем явилась женщина, постигшая всю горечь поражений и сладость победы, познавшая цену жизням и понимающая всю ответственность за тех, кого клянешься защищать.

Первым впечатлением у многих, после личного контакта с командором, остается мнение об Амелл как о серьезном и дипломатичном лидере. Воспитанная в лучших традициях знатных домов Вольной Марки, Солона не растеряла за годы чувство такта и умение подавать себя должным образом. Спокойная и терпеливая, жизнь в стенах Круга магов научила её усидчивости и стремлению к намеченным целям, целеустремленно и всеми силами добиваясь результатов, порой вплоть до убалтывания нужных людей для желаемого. Знает цену своему слову и не бросается обещаниями на ветер, выполняет их, если единожды поклялась в исполнении. Она не импульсивна в своих действиях, взвешивает решения и мыслит стратегически. Проницательна, красноречива, подмечает мелкие детали и нюансы, используя потом эту информацию для себя, и неплохо разбирается в людях. Знает когда стоит молчать и мотать на ус, а когда вставить своё веское слово. Если того требует ситуация, то может наврать с три короба и глазом не моргнув – честные люди быстрее оказывается по ту сторону крышки гроба, чем те, кто умеют травить импровизированные байки в угоду своим интересам и интересам общего дела. Склонна к иронично-саркастическим замечаниям, что можно посчитать защитной реакцией, ведь за всей этой скорлупой и образом «бравого стража», если копнуть глубже, скрывается гораздо более мягкий человек, чем тот, которого привыкли многие видеть в командоре. Амелл заботлива по натуре своей, в чём-то даже трогательно-сентиментальна, от того её отношение к своим подопечным стражам почти что сродни семейному. Она всегда готова выслушать и прислушаться к чужому мнению и пожеланиям, хотя при надобности твердо стоит на собственных решениях, даже если они идут в разрез со мнением остальных, но по её разумению исключительно верные и принесут пользу. Образованная и начитанная, Солона всегда была интересным и внимательным собеседником, будучи и хорошим слушателем, и рассказчиком. Не чужд ей и юмор, а уж степень откровенности её шуток зависит от вашей с ней близости и степени зоны комфорта для Солоны рядом с вами. В окружении людей, что завоевали её расположение целиком и полностью, чародейка раскрывается как душа компании, чего по ней не скажешь в обычное время, приняв её за человека из разряда серьёзных угрюмцев. Не смотря на то, что она способна накрепко привязаться и трогательно заботиться о ком-либо, настоящие серьезные чувства для Амелл до сих пор дебри человеческого сознания и от них она предпочитает отмахиваться, боясь, помимо всего прочего, причинить боль другому, нежели самой «уколоться». Человек исключительной верности – верности долгу, клятвам и людям. В бою её отличает недюжинная смелость, никогда трусливо не отступает назад, если только нет угрозы её отряду, так как их жизни она ценит даже большей своей собственной.
Солона не относится к особо религиозным людям и вряд ли бы кто-то мог поклясться, кто хоть раз видел её молящейся, а вопрос веры и религии женщина старается не поднимать, уважая чувства последователей церкви и имея ряд собственных суждений на этот счёт.
Живой ум и тяга к исследованиям, подкрепляемые порой чуть ли не юношескими любопытством и энтузиазмом, подвели Амелл к вопросу изучения двух аспектов, что не дают ей покоя – Тень и первоначало мора и стражей. Познав весь ужас борьбы с порождениями, она пришла к решению докопаться до сути вещей, ища взаимосвязи и древние тайны в потертых фолиантах, благо, что нужные связи позволяли получать в свое распоряжение самые различнейшие материалы для изучения. Тень же вызывала гораздо больше вопросов, и найденные ответы порождали лишь больше новых резонных вопросов. О своих изысканиях Амелл предпочитает не делиться с несведущими в данной области, держа при себе свои размышления.
Солону непросто задеть скабрезными подколами, терпению и выдержке её можно было бы позавидовать, но если она доходит до точки кипения, то тут вы уже цветастым ругательством в свой адрес не отделаетесь, а получите самые что ни на есть «дисциплинарные оплеухи» в самом лучшем случае. Спокойно и с пониманием относится к конструктивной критике, хотя собственные ошибки признает с некоторым душевным скрипом. До точки кипения, всепоглощающего и испепеляющего гнева её довести реально, но вам придется приложить к этому массу усилий. В пылу разговора способна сказать что-либо, задевающее собеседника за живое, но, в зависимости от близости её с этим человеком, чувство вины подтолкнет извиниться за свои слова.
Справедливый судья, никогда не сможет стать хладнокровным палачом – убив убийцу, на одного убийцу меньше в этом мире не станет. На прямую схватку это суждение не распространяется, так как это совершенно иная ситуация.


Из-за лимита символов, который ограничивает в написании сообщений, биография будет предоставлена отдельным сообщением.


Участник

Знакомство с каноном: Первые две игры + DLC. Инквизиция в основном youtube и немного своими глазами. Викия досканально. «Украденный трон».

Контактная информация:

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.


Пробный пост:

0

2

Судьба подчас чересчур уж сильно замахивается, когда хочет легонько стукнуть нас.
Казалось, она вот-вот нас раздавит, а на самом-то деле она всего лишь комара у нас на лбу прихлопнула.

Биография:

http://se.uploads.ru/u0wCZ.png
Амелл - известный дворянский род в Вольной Марке, пришедший в упадок в 9:16 году.


° Предыстория.
В комнатах с высокими потолками безлюдно и тихо, лишь хруст поленьев, объятых пламенем в камине. Метнулась крохотная тень средь всполохов огня, проносясь от двери. Не найдут, не найдут, не поймают. Голые коленки больно ударились о каменный пол, когда детское тельце рухнуло за массивным креслом, вжимаясь в обивку как в последнюю надежду на укрытие. Мужские голоса и лязг металла послышались по ту сторону дверного проема и тонкие пальчики лишь сильнее вцепились в кресло, пропахшее курительным табаком. Мамочка, пожалуйста, не дай им забрать меня.

Но стоит вернуться немного назад и взглянуть на самое начало этой истории. Фостен Амелл определенно не питал теплых чувств к юноше, что днями увивался вокруг его драгоценной младшей дочери, предпринимая не раз попытки саботировать отношения молодой пары при помощи чужих рук. В конце концов, как же он мог позволить какому-то безродному юнцу влиться в их достопочтимое семейство, попортив собой род. Последней каплей для Амелла-старшего стало объявление о скором становлении себя в роли дедушки – несчастный молодой влюбленный был выгнан взашей куда подальше, но вот с положением дражайшей дочери пришлось мириться. Ревка ревностно отнеслась к своему будущему ребенку, не слушая никаких уговоров ни отца, ни дяди, и им пришлось смириться. В последние дни зимы на свет появилась девочка, названная матерью Солоной, и, не смотря на рождение вне брака, официально признанная Амелл.
Пожалуй, единственным бескорыстным и бесконечным источником любви для ребенка, центром её вселенной, являлась родная матушка. С остальными родственниками новоприбывшей в этот мир, откровенно говоря, не повезло – старики в упор игнорировали маленького ребенка, родной дядя Дамион пропадал вне дома круглыми сутками, единственная тётка и та сбежала, а второй человек из домашних, кто замечал присутствие Солоны, был дядюшка Гамлен, что шикал на девочку как на нашкодившего щенка. Словно возмещая заботу за всех них разом, Ревка, в свою очередь, посвящала всю себя своей малышке.
Солона получила лучшее начальное образование, какое можно было позволить себе за деньги, перешедшие из семейных накоплений в карманы частных преподавателей. В те же годы она впервые столкнулась и с отвержением сверстников, отпрысков других знатных семей, что обосновались в Верхнем городе. Дети, как известно, наиболее искренно и открыто проявляют жестокость, не задумываясь о последствиях своих слов и действий. Над Солоной насмехались за то, что у неё не было отца, дразнясь «подкидышем» и «байстрюком» - явно нахватавшись подобного от судачащих взрослых, которым дай только волю, чтобы распустить сплетни и поперемывать друг другу кости. Книги, отличавшиеся явным молчанием по сравнению с маленькими острословами, стали для Солоны заменой общения с нерадивыми сверстниками.

Туфельки скользили по мраморному полу, но с решимостью маленького бронто Солона пронеслась по прихожей, минуя гостиную и направившись к лестнице, что вела на второй этаж, где располагались спальные комнаты. Она точно знала кого и где она ищет, так как, не сбавляя скорости, влетела в ближайшую дверь и тормозом ей послужили ноги матери, сидящей в кресле с небольшой книгой стихов.
- Мама, они снова начали! Снова! – на эмоциях воскликнула девочка, цепляясь пальчиками за ткань подола платья сидящей матери.
- Кто «они», моё сердце? – отложив книгу, Ревка оторвала дочь от пола и усадила к себе на колени, внимательно смотря на ребенка и готовая выслушать.
- Эти глупые близнецы. Они снова говорили, что мой папа на самом деле не существует, - по веснушчатым щекам скатывались слезы обиды, но Солона старательно делала серьезный вид, чтобы не казаться раскиснувшей плаксой.
- Они не правы, милая. Твой папа просто сейчас далеко отсюда, но кто знает, возможно, он сможет вернуться когда-нибудь к нам. А насчет близнецов… Что мы говорим про тех, кто врёт? – молодая женщина хитро прищурилась, улыбаясь и щекоча бок маленькой дочки. Солона не сдержала хихикания.
- Что наги нагадили им на языки! – довольная собой ответила Солона.
- Правильно, мой солнечный зайчик, а теперь ступай на кухню и возьми печенье, которое испекла Визенья.

На тот момент Солона и предположить не могла, что её мать поддерживает тайную переписку со своим неудавшимся женихом, повествуя ему в красках об их общем ребенке и желая встретиться вновь. И невдомек было ребенку, куда они с матерью направились, когда та повела дочь якобы «на прогулку по городу». Время стёрло все эмоции и краски той встречи, а в памяти остались лишь несколько мелких деталей – запах чернил и табака от теплых, чуть грубоватых рук, и окладистая тёмная борода. Лишь годы спустя до девочки дошло, с кем именно она виделась в тот день так мимолетно. И если для Солоны та встреча прошла не оставив глубокого впечатления, то вот её дед, прознавший о подобных вылазках, проявил всю гамму эмоций на которую был способен. Итогом гневных потуг старого лорда было решение выдать наконец своенравную дочь замуж – дабы супруг и от подобных встреч удерживал, да и семейное положение упрочнить, тем более, что Аристида пророчили в следующие наместники Киркволла и ни в коем случае нельзя было сейчас пустить даже малейшую порочащую тень на их семейство.
Как известно, жизнь в привычном своем укладе способна круто измениться в одночасье и всё может быть разрушено одной единственной случайностью. Непередаваемый страх в глазах Ревки, не менее напуганная Солона и горящий старинный гобелен в семейном бибилотеке – маленькая мизансцена, ставшая жирной и беспрекословной точкой в привычной жизни маленькой Амелл. Ревка всеми силами старалась уберечь своё дитя, утаить то, что её маленькое сокровище обладает магическим даром, которое она скорее назвала бы проклятием. Но золотые монеты умеют разбалтывать и менее сговорчивых персон, и вот уже их служанка выдала самый страшный секрет, что хранила её хозяйка – именно подобный скелет в шкафу и был нужен копавшим под Аристида соперникам, чтобы отрезать тому путь к трону наместника раз и навсегда. Всё происходило слишком быстро, чтобы можно было успеть что-либо предотвратить. Ревка прошептала «Прячься» и это было единственным, что оставалось Солоне, когда «люди в стали» пришли в их поместье. Упирающуюся и брыкающуюся, словно пойманного звереныша, девочку таки нашли и выудили из укромного места, где она пыталась спрятаться от непрошенных гостей. Последние мгновения с матерью, прощание сквозь слёзы – эта сцена еще долго преследовала ребенка, словно картинкой встав перед глазами.
Доподлинно известно, что после событий того дня дела семьи рухнули, словно бы над Амеллами навис черный рок – Дамион был посажен за контрабанду, а Фостен практически обанкротил семью в попытках вернуть сыну свободу. Поговаривают, что за то время Ревка успела выносить и родить своего второго ребенка от мужа, которого ей когда-то подобрал отец в партию, но позже в мальчишке так же был обнаружен магический дар и он был забран в круг. Потери второго ребенка Ревка уже не пережила.

В свое время восторгавшаяся кораблями, что стояли в киркволльском порту, Солона и представить себе не могла, что первым её восхождением на борт будет и прощанием с родным домом навсегда. В пути время тянулось словно бы вечно, тонув в мерных волнах Недремлющего моря. Прибытие в Ферелден Солона пропустила, погруженная в тревожный сон, но «люди в стали» не позволили забыть о себе надолго. Дорогу до озера Каленхад она помнила смутно, но вот башня посреди водной глади произвела на шестилетнего ребенка неизгладимое впечатление. И чем ближе подплывала лодка к подножию Башни Круга, тем чаще выстукивало тревожный ритм сердце в груди.

Жизнь в стенах Круга магов была пугающе непривычной – начиная от жизни в общих спальнях с другими детьми, которых Солона по началу стеснялась, и заканчивая сводом правил, за исполнением которых следили не только старшие маги, но и те самые «люди в стали». Но дети привыкают быстрее к новому образу жизни, в отличие от взрослых, которым приходится менять кардинально сложившееся за долгие годы, переступая через себя. Тем более что в лице местной библиотеки девочка нашла свой райский уголок, где она проводила свободное от занятий время. Позже она повстречала мальчишку по имени Йована, приметив то, что он сторонился прочих, как и она сама. Две белые вороны среди учеников сошлись, и это было началом новой и, в случае Солоны, первой настоящей дружбы.
Когда Амелл стала старше, то к ней был приставлен личный наставник, старший чародей Освальд, прослывший человеком норовистым, строгим и с армией своих тараканов в голове. Вскоре юная магесса смогла на своей шкуре понять откуда росли ноги у подобных слухов. Освальд не давал спуска своей подопечной, но одобрял тягу к знаниям, от того отношения складывались двояко. С одной стороны, было заметно, что он доволен результатами и даже в какой-то своей собственной манере поощрял ученицу, но слышны от него были всё равно лишь замечания и ежедневная порция ворчания. Бородатое, как сам Первый чародей, высказывание о чертях в тихом омуте определенно подходило Амелл, ведь под руководством Освальда, его подопечная взялась обучаться не целительству или иным «мирным наукам», а проявила недюжий интерес и энтузиазм к боевой магии. С того момента жизнь Солоны заполнилась тренировками, изнуряющими и порой она просто без сил падала на свою койку в общих ученических спальнях.
Наибольший интерес как предмет теоретического изучения вызвала Тень, о которой еще столько всего было неизвестно, от чего юному пытливому уму был особенный азарт разобраться в этом хитросплетении. Подобный интерес настораживал некоторых особо консервативных учителей, но пока это всё не уходило дальше безобидных теорий и книг, то никто не предавал особого значения изысканиям Амелл. Позже на молодую особу обратил своё внимание и сам Первый Чародей Ирвинг, определенно заинтересовавшийся юным дарованием, что для своего возраста демонстрировала себя с наилучшей стороны как теоретик и практик магических наук. Ирвинг взял Солону под своё покровительство и они не раз проводили свободное время в разговорах на животрепещущие темы. Именно под патронажем Первого Чародея она получила одобрение, а так же разрешение Церкви на дальнейшее обучение в качестве рыцаря-чародея. Собственную зачарованную рукоять она получила годами позднее, незадолго до Истязания, в возрасте полных двадцати лет.
Шли годы, и из маленького веснушчатого гадкого утенка сформировалась молодая девушка, с копной непослушных кудрей и серьезным взглядом из-под чуть сведенных вместе бровей. Возрастной период, в котором кисейные барышни воркуют со своими «принцами на белых конях» первого пошиба, Солону не спешил затрагивать, да и она, увлеченная натура, была слишком занята обучением, нежели разбирательством в высоких чувствах, о которых пишут в затрапезных романах. Ирония судьбы ли, но без её ведома вокруг самой Амелл развивалась история не хуже, чем в любой подобной книжонке. В какой-то момент казалось, что трудами разносчиков сплетен уже все были в курсе, что в сторону «пришлой марчанки» неровно дышит один из молодых храмовников, что вьется вокруг, держа дистанцию, в страхе нарушить все постулаты. К моменту, когда Солона наконец-то столкнулась с Калленом, вынырнув из своего уютного магического мирка, это не было сюрпризом ни для кого, кроме самой девушки. Сбитая по началу с толку, явно не знавшая что со свалившимся на неё «счастьем» делать, по началу магесса сторонилась юноши, подстреленной галлой уносясь в самый дальний угол библиотеки. Но в конце концов в какой-то мере ей стало жалко молодого храмовника, что стеснялся не меньше её собственного, потому она дала шанс этим отношениям, попытавшись наладить с Калленом контакт. Он оказался человек незаурядным и вежливым в общении, в отличие от большинства солдафонов в доспехах, что охраняли днём и ночью магов от, по сути, самих себя. Симпатия между молодыми людьми теплилась, но слишком многое было против подобного союза, и страх за неопределенное будущее сковывал не хуже стальных цепей.

° 9.30 - 9.31
Слово «Истязание» для учеников Круга Магов является поводом для страха и благоговейного трепета перед неизвестностью испытания, которое им уготовано. Солона была стоически спокойна. В конце концов, какой смысл бояться неизбежности, ведь страх худший помощник. О важности события говорило и то, что Первый чародей и Рыцарь-командор присутствовали в зале, когда Амелл привели для начала Истязания. Ирвинг дал свои последние советы юной магессе прежде чем та коснулась лириума, дабы начать ритуал. Теперь вся вуаль тайны с испытания учеников для неё пала – ей требовалось войти в Тень и выжить. В некоторой мере это могло показаться слишком жестоким испытанием, ведь молодых магов бросали на растерзание созданиям Тени, перед которыми они были словно слепые щенята. Кинув последний взгляд на присутствующих, прежде чем её словно поглотил мерцающий свет, после сменившийся на мгновение кромешной, обволакивающей тьмой, Солона успела заметить Каллена со скорбным выражением лица. И это было последнее, что она увидела в ту секунду в реальном мире.

Глаза пытались сфокусироваться, но мир вокруг словно ускользал и рябил, не желая быть цельным и самим собой постоянно. Воздух разряженный, как после удара молнии в грозу и даже могло показаться, что пахло озоном. Но над головой не было ни грозы, ни даже неба, да и под ногами была отнюдь не земля. Пошатываясь, Солона на еще непослушных ногах подошла и оперлась о гротескного вида антропоморфную статую. Собираясь с силами, она продолжала осматриваться, цепляясь взглядом за малейшую деталь вокруг. Сплетение звуков – шипение, шепот, бурление и свист – были словно одновременно рядом, но и так далеко. Наконец взяв себя в руки, магесса двинулась вперед, по извилистой тропе среди изуродованных сталактитов. Время было дорого, время было против неё…

По ту сторону Тени было… Нет, не жутко. Странно. Неописуемо странно. И появление говорящих мышей явно не способствовало улучшению ситуации. В своём путешествии в Тени она встретила самых разных её представителей, один из которых представлялся как Дух Доблести, второй же звал себя Демоном Праздности. Не смотря на все предостережения и нравоучения, почерпнутые ею в Круге, с обитателями Тени девушка говорила без опаски. Занятное дело, ей даже пришлось разгадывать загадки демона, не смотря на угрозы в случае неудачи быть сожранной им, но это лишь подстегивало, хотя явно должно было внушать праведный ужас. Поборов соблазны и разоблачив демона, что так хитроумно подобрался к ней, втираясь в доверие, Солона покинула Тень неожиданно, словно её вытолкнули с силой за порог завесы. Очнувшись в спальных комнатах, она не сразу разобрала что ей говорят, но голос она узнавала. Йован? Конечно же, такой родной и верный Йован, разумеется он был рядом даже сейчас. Когда Амелл наконец-то смогла трезво мыслить, стряхнув с себя остатки смутных и тревожных воспоминаний своего путешествия, то Йован принялся расспрашивать её об Истязании, и как она могла не ответить другу, не смотря на все запреты? Намекнув, но не конкретизируя, девушка утолила любопытство беспокойного мага, который переживал о том, что самого его на Истязание до сих пор так и не отправили несмотря на то, что в Круге он был дольше самой Солоны. Не смотря на высказанные им подозрения об усмирении, чародейка поспешила их опровергнуть и утешить друга. Ведь для чего еще нужны друзья, как не для поддержки друг друга? Не смея более задерживать подругу, Йован направил новоиспеченного полноценного мага круга к Первому чародею, что просил послать за Солоной. Разумеется, основной причиной было поздравление с успешным прохождения Истязания и вручения кольца, пропитанного лириумом, что получают все маги в этой ситуации, но дело было и не только в этой формальности. По дороге к Ирвингу чародейка успела столкнуться с тем, кого успела тогда приметить в зале, где проходило её испытание, потому не преминула поинтересовать у Каллена об этом. Злая шутка ли, но он оказался избранным храмовником для её убийства в случае потенциальной одержимости или если бы она задержалась в Тени дольше, чем посчитали бы нужным вышестоящие.
Встреча с Первым чародеям была не без сюрпризов – в то мгновение Солона познакомилась с человеком, который позже еще примет большое значение в судьбе молодой чародейки. Серый страж Дункан, гость в Башне Круга, которого Амелл поручили отвести в его покои, оказался весьма интересным собеседником и всю дорогу по витиеватым коридорам они провели в разговорах, Солона не стеснялась задавать порой и каверзные вопросы, что могли обуревать её пытливый ум. И казалось бы, что за сим вечер, насыщенный событиями, должен был бы завершиться, но у судьбы было своё решение на сей счёт. Не успев и пары шагов сделать после ухода от Дункана, магесса была поймана своим другом детства, что попал в редкостный переплёт и просил её помощи. То, что спустя годы безоговорочного доверия, Йован скрыл от неё такую «малость», как любовную связь с послушницей церкви, определенно задевало, но Солона согласилась помочь влюбленным бежать, не выдав их ни Ирвингу, ни Грегору. Но, не смотря на все их старания и план, который изначально казался безупречным, но после потребовал не мало импровизации для претворения его в жизнь, троица была поймана. И в который раз за ту злополучную ночь вопрос доверия между лучшими друзьями не столь пошатнулся, сколько просто с треском рухнул, когда в порыве отчаяния Йован использовал магию крови для того, чтобы ретироваться и оставить Солону одну разбираться в сложившейся ситуации. Но от участи быть усмиренной её спас тот, от кого определенно она не ожидала подобной помощи – серый страж, что был гостем в Башне Круга, прервал начавшийся было самосуд и использовал Право призыва, что позволяло ему призвать в ряды стражей любого на своё усмотрение. В голове лихорадочно бились мысли о выживании и свободе, да и выбор был из двух зол, потому Амелл согласилась не долго размышляя о последствиях подобного решения. В очередной раз её жизнь решила сделать кувырок, круто меняясь на глазах.
Путешествие до Остагара с Дунканом прошло в интересных беседах и историях, девушка за то время успела проникнуться к этому человеку, что заменил в её восприятии фигуру ментора, которым раньше для Солоны был Ирвинг. Когда твои последние воспоминания о внешнем мире датируются чуть большим, чем пятнадцать лет назад, то тебя поражает многое из увиденного, от людей до строений, от деревьев до ясного неба над головой. Особенное восхищение вызвала Башня Ишала. Восторг сошел на нет после встречи с новыми братьями по оружию. Уверенность в предстоящей битве несколько подвергается сомнению, когда первый же Серый Страж, встреченный тобой, радостно рассказывает тебе о своем бытие учеником при церкви, несостоявшейся судьбе храмовника и затем интересуется не маг ли ты, не смотря на твои мантию и посох. Это определенно расходится с представлениями о Серых Стражах, как мудрых и опытных воинах.
После первой их вылазки за пределы лагеря, которая, разумеется, не могла обойтись без лишних недоразумений и неожиданных встреч под аккомпанемент из своеобразных шуточек от несостоявшегося храмовника, предстоял Ритуал Посвящения в Серые Стражи. Солона ощущала себя, словно её снова отправляли на Истязание – такие же недомолвки до самого конца о том, что ждёт новобранцев. Когда Дункан посвятил их в суть ритуала, девушка не дрогнула – впервые ли её ставили перед фактом, что в случае неудачи её ждёт смерть? Это не то, чем стоило бы пугать магов из Круга, не прошло и полугода с тех пор, как храмовничий меч мог пресечь её жизнь с не меньшей вероятностью. К тому же, выбор сейчас был не так уж велик, чтобы позволить себе ёрничать. Что было после соприкосновения её губ с ритуальной чашей Амелл не могла вспомнить, но очнулась она уже позже и следовало готовиться к предстоящей битве. Вокруг карты стояли троё мужчин в доспехах – Дункан, король Кайлан, с которым Солона уже имела честь познакомиться ранее, и человек, которого представили как отца королевы, Логейн Мак-Тир. Имя было ей смутно знакомым, но, не будучи коренной ферелденкой, с историей страны она была знакома достаточно поверхностно. Но не столь важно было кем являлись эти люди, как то, что в их руках сейчас были не только жизни всех солдат, но и возможно судьба всего государства, ведь при неудаче они рисковали отдать Ферелден на растерзание порождениям тьмы. Чародейка внимательно слушала обсуждения главнокомандующих стратегии, выжидая приказ относительно стражей. Наконец получив распоряжения, Солона и её новый товарищ по оружию Алистер двинулись к Башне Ишала, дабы в нужный момент зажечь сигнальный огонь. Настоящая битва, разумеется, была несравнима ни с одними из даже самых трудных боевых тренировок и в голове Амелл порой мелькала тревожная мысль о том, что эту ночь она не переживет. И не сказать бы, что уверенность в обратном прибавлялась от количества трупов, что они с Тейрином оставляли на пути к вершине башни, а уж при виде огра, что направляется в твою сторону, подобная мысль и подавно становится лидирующей. Звон стали, рёв, запах паленой кожи от огненного заклинания, кровь… И тьма.
Придя в сознание Солона не обнаружила вокруг себя ни руин Остагара, окропленных кровью погибших, ни порождений, да и под ней была хоть и простая, но всё же постель, а не каменный пол Башни Ишала. Пока данная загвоздка пыталась сложиться с картиной событий в голове стражницы, её размышления успела прервать колдунья-отступница, говорящая в занятной манере, которую до этого они уже успели повидать во время похода за документами, что искал Дункан… Дункан? Где он, выжил ли, что вообще здесь происходит? Но за всеми ответами женщина, представившаяся Морриган, направила к своей матери, что ждала снаружи. Снаружи лесной хижины Солону уже ожидал пришедший в себя раньше неё Алистер и пожилая женщина, которая выглядела хоть и достаточно безобидной на вид, но во взгляде её читалось нечто более глубокое и сложное, чем то, что она представляла собой на первый взгляд. Как оказалось, именно она, Флемет, спасла двух последних выживших серых стражей в поля боя, в то время как тейрн Логейн отвел свои воиска, позволив королю Кайлану, Дункану и их войскам пасть под натиском атаки порождений тьмы. Самих же стражей, словно и без того было мало уже навалившегося груза вины и ответственности, объявили предателями, виноватыми в случившемся, назначив цену за их головы. Вот вам и весёленькое начало жизни вне стен Круга, ничего не скажешь. И не смотря на то, что после всех этих тягостных событий, навалившихся скопом, в голове и на сердце царил калейдоскопический хаос, Алистер выдвинул именно кандидатуру Солоны в качестве лидера их маленького отряда, хоть он и явно был гораздо более опытным воином, нежели чародейка, которая и полугода вне Круга не провела. Но разве был иной выбор в подобной ситуации?
Первой их остановкой на пути стал Лотеринг, где наконец-то можно было собраться с мыслями, узнать свежие новости и решить куда стоит двигаться дальше.

На подступах к поселению Солона уже готова была броситься с ближайшего обрыва, лишь бы больше не слушать словесные перепалки между Алистером и Морриган, которые явно нашли общий язык – язык взаимных оскорблений. Но если болотная ведьма умело острословила в адрес Алистера, то вот незадавшийся храмовник отвечал невпопад, лишь бы не оставлять её подначки без ответа. Сущие дети. От фантазий, в которых она вставляла своим компаньонам кляпы в рот, Амелл отвлекло шуршание чего-то массивного в ближайшем кустарнике. Замерев и жестом приказав остальным замолчать, Солона взялась за рукоять посоха, готовая к внезапной атаке, если бы та последовала. Но вместо незадачливого дорожного разбойника, дикого зверя или, того хуже, порождения тьмы, на девушку из кустов вылетела лающая гора мышц, сбившая её с ног и принявшаяся облизывать щеки чародейки. В мабари, а это был именно он, она признала пса, которого некогда в лагере при Остагаре Солона помогла поставить на ноги, сжалившись над несчастным животным.
- Как ты смог найти нас? – вопрос был обращен к собаке, но не нуждался в ответе. Поднявшись с земли, марчанка потрепала мабари за ухом, на что тот довольно подал голос. – Умный мальчик.
С этой минуты хоть кто-то мог разбавить её компанию с двумя «трещотками», разделяя с ней позицию путешествия в тишине.

Лотеринг определенно встретил новоприбывших «радушно» - в первой же таверне несколько солдат, лояльных Мак-Тиру, решили попытать счастье и укоротить стражей на голову. Помощь в отговаривании смельчаков от этой глупой затеи пришла весьма с неожиданной стороны – от молодой девушки в наряде церковной послушницы. По окончанию боя, победа в котором осталась за стражами, неизвестная представилась Лелианой и начала убеждать Амелл в том, что сам Создатель ниспослал ей видение о том, что она должна сопровождать стражей и помочь им. С полминуты переваривая сказанное, Солона всё же не отказала Лелиане, не смотря на комментарий Алистера на этот счёт. В конце концов, уж не компании из девицы, что в Тени общалась с духами, а потом напилась крови порождений тьмы, несостоявшегося храмовника с неопределенной любовью к облизыванию кувалд и чародейки из дикой местности с тягой к поэтическому изложению своих мыслей, судить о чьем-либо сумасшествии. Закончив со всеми делами, что требовалось, и, готовясь уже отправиться дальше в путь, отряд наткнулся на клетку с весьма необычным заключенным – кунари, что представился Стэном, когда Солона заговорила с ним. Выслушав историю уроженца Сегерона, Амелл решила дать ему свободу и позволить искупить содеянное, ради чего направилась в церковь к преподобной матери, от которой удалось получить ключ не без помощи Лелианы. Лотеринг они покинули уже впятером, не считая мабари.
Согласно соглашениям, которые когда-то были получены Серыми Стражами о поддержке в случае Мора от эльфов, гномов и Круга магов, следовало самостоятельно обойти половину Ферелдена, но собрать при этом армию согласно этим пактам. Что же, обуреваемая чувством долга из-за свалившейся на неё ответственности, Амелл направила свой отряд в сторону леса Бресилиан. Никогда раньше Солоне не доводило встречаться в живую с долийцами, довольствуясь лишь знаниями о них, почерпнутыми из пыльных книг в библиотеке Башни. Встреча с долийским кланом произвела на чародейку впечатление, но вот отказ хранителя клана в выполнении данного когда-то обещания совершенно не воодушевлял. Узнав о ведущейся войне между долийцами и оборотнями, страж дала свое согласие помочь в обмен на выполнение условий пакта перед стражами со стороны долийского клана. По уверения хранителя Затриана, убийство главы оборотней должно прекратить эту бессмысленную войну, что в целом не звучало как непосильная задача. Но история оказалась не столь проста на проверку, какой виделась на поверхности. Наконец найдя Бешеного Клыка, который оказался лишь одним из воплощений духа Тени, что звалась Хозяйкой леса, некогда призванного Затрианом, Амелл узрела и вторую сторону медали. Убийство не было выходом из ситуации и стоило искать способ обратить некогда сделанное Затрианом, дабы обе стороны могли вновь жить в мире. Итогом стало убеждение хранителя ценой своей жизни и жизни Хозяйки леса избавить оборотней от проклятия. Остановив войну, что раздирала лес Бресилиан, и получив поддержку со стороны долийцев, отряд двинулся дальше.
Тем временем, свой ход сделал и тейрн Логейн, нанявший убийц из Антивы – Антиванских Воронов. Их нападение на отряд с целью убить выживших серых стражей произошло по дороге к Башне Круга, но репутация Воронов явно переоценивалась, ибо нападавшие были перебиты кроме одного эльфа. Занятное дело, но незадолго до того потенциальный убийца, теперь напрашивался если уж не в товарищи, то хоть в вольно отпущенные на все четыре стороны. Определенно, менее разношерстным их отряд уже не стал бы, потому Солона сохранила жизнь эльфу, представившегося Зевраном, и забрала с собой. Это был определенно его день.
Возвращение в Башню Круга веяло далеко не приятной ностальгией. Убедив храмовника перевезти их через озеро к Башне, тревога нарастала с каждой минутой, чем ближе они подплывали. Творилось нечто неладное, и Амелл это словно кожей чувствовала. Самые худшие опасения оправдались после встречи с Рыцарем-командором Грегором. В Башне были призваны демоны, которые начали вырезать без разбору обитателей Круга, и в итоге входные двери были запечатаны, не смотря на то, что по ту сторону еще могли оставаться выжившие. Вопрос о том, как храмовники умудрились это допустить, остается открытым. Новость о том, что Грегор уже успел отправить в гонца с запросом о Праве Уничтожения, лишь добавила стражнице решимости, и она потребовала впустить её вместе с отрядом вовнутрь, дабы разрешить сложившуюся ситуацию своими силами. Рыцарь-командор, не смотря на явный скептицизм в отношении данной затеи, впустил Серых Стражей во внутренние залы Башни Круга и двери за ними были вновь запечатаны. Внутри им повстречалась чародейка Винн, которую Солона помнила еще по годам, проведенным в Круге, да и при Остагаре она была от Круга магов в тот злополучный день. Убедив её, что они пришли помочь магам, стражи получили поддержку Винн и уже во вновь разросшемся коллективе направились дальше, углубляясь в дебри захваченной демонами Башни Круга Магов. Этаж за этажом, они зачищали Башню от вторженцев, пока не натолкнулись на демона праздности, беседа с которым закончилась совершенно не лучшим образом – мерзкое создание отправило стражницу и её отряд в плен в Тени. Уже имевшая маломальский опыт контактирования со столь таинственной и неопределенной материей как Тень, Солона не без мужества направилась вперед, в хаотический лабиринт, продираясь и борясь с миражами, что преследовали её. Нужно было найти остальных как можно скорее и выбраться в реальный мир прежде, чем было бы поздно. Преодолевая ожившие кошмары, некоторые более разрозненные, другие же принадлежавшие её собственным товарищам, Амелл уверенно продвигалась дальше, подстегиваемая мыслью, что если не она, то кто же? Ведь именно она теперь ответственна за жизни людей, что идут за ней, ответственна так же и за жизни тех, кого обещала спасти, и теперь она просто не могла всех так подвести и сдаться. Только не здесь и не сейчас, когда от неё зависела судьба магов Круга.
Победа над демоном далась не малых усилий, но им удалось вернуться в реальный мир, где Солоне и остальным еще предстояло самое главное – найти зачинщика всего этого и закончить хаос, что творится в Башне. Достигнув последнего этажа, перед самой лестницей они обнаружили выжившего храмовника, и словно бы судьба снова играла некую злобную шутку над марчанкой, но по ту сторону магического барьера был, ни кто иной, как Каллен. Измученный, кричащий, умоляющий, одновременно узнающий её, но и не признающий – он пугал её в таком состоянии, и сердце девушки сжималось в груди. От его слов, грешных признаний и обвинений было не по себе. Когда же храмовник, поглощенный отчаянием, потребовал от неё убийства оставшихся магов, то Солона была вынуждена ему отказать – она не могла позволить погибнуть невинным людям, если у неё был шанс спасти их. На этой жутковатой ноте ей пришлось оставить Каллена и направиться к виновнику всех этих ужасающих событий, коим оказался Ульдред. Амелл сделала всё возможное для спасения магов и Первого чародея Ирвинга, а после изнуряющей битвы Ульдред был повержен. И выжившие и благодарные маги были согласны помочь Серым стражам.
По пути от Башни Круга в сторону Редклифа, отряд наткнулся на торговца, чья повозка застряла по дороге. Проходимец всучил Амелл некий жезл для активации голема, сообщил пароль, да где того самого голема искать, да и был таков. Одолевая любопытством, Солона свернула с намеченного пути и отряд пришел в деревню Хоннлит, где голем как раз таки красовался на центральной площади, исполняя роль эдакой статуи. Пароль, разумеется, не подошел не смотря на все старания произнести его, поэтому оставалось лишь найти кого-то из местных, кто может знать что с этим делать. Местные жители обнаружились в винном погребе одного из домов и выслушав сына бывшего владельца голема, Амелл пообещала спасти Амалию, дочь Матиаса, в обмен на пароль. Как оказалось, девочка была в плену у демона желания, что прятался в теле кошки и хотел покинуть лабораторию Вильгельма, ранее владевшего големом и запершего здесь демона, в теле девочки. Разумеется, Солона не могла позволить несчастному ребенку стать одержимой, но рассудив, что непосредственным нападением она может спугнуть демона и, тем самым, заставить вселиться в Амалию. Потому чародейка приняла решение согласиться с условиями демона, но только для того, чтобы потом предать и уничтожить, когда тот ослабил бдительность. Получив в награду за это желанный пароль, стражница наконец-то смогла вернуть к жизни каменного голема, который внезапно заговорил женским голосом, представился по имени, да и вообще в целом оказался более чем разумным. Отряд Стража пополнился новым незаурядным членом.
Дальнейший их путь лежал в Редклиф, по совету Алистера, что предлагал искать поддержки у Эрла Эамона. По приходу в деревню и после разговора с местными, в голову Амелл закралось подозрение, что некий злой рок определенно их преследует, так как невозможно было и шагу ступить, да и не вляпаться в очередную историю. После мотивации местных жителей, дабы те встали на защиту Редклифа, а так же установки горящих бочек на пути врага, они были готовы отразить атаку кого бы то ни было. Битва за Редклиф началась, стоило наступить сумеркам. Совместные силы серых стражей, местных жителей и ополченцев смогли отразить атаку и постепенно прорубаться к замку. Именно тогда, в том бою, познакомились Амелл и Кусланд, когда чародейка в несколько грубоватой форме приказала молодой тейрне пригнуться, дабы испепелить одно из порождений заклинанием. Позже, когда отгремела бойня, и они познакомились как подобает и молодая тейрна предложила своё содействие Стражам. Но, отставив лирику, стоит вернуться к происходящему в Редклифе. В замок стражи смогли попасть с помощью банна Тегана, что рассказал Солоне о тайном проходе и вручил фамильное кольцо для его открытия. Оказавшись внутри замка, а именно в его темницах, Солона с ужасом обнаруживает в одной из них отголосок своего прошлого, которого она уже и не ожидала когда-либо встретить. Не смотря ни на что, на все дела, что натворил Йован, на все ошибки, Солона была готова простить его, ведь он был её лучшим другом столько лет. Освободив мага из темницы, она получила от него клятвенное обещание помочь исправить то, чему он стал виной. Выбравшись из темниц и впустив в замок рыцарей эрла, стражница и её отряд наконец-то добрались до главного зала, где стали свидетелями весьма странной, но занимательной сцены, в которой одержимый демоном сын эрла Эамона заставлял собственного дядюшку выплясывать такие па, что многим ярмарочным танцорам на зависть. Дабы избавиться от демона Йован предложил несколько возможных вариантов, но один из них включал в себя смерть Изольды, из-за чего запротестовал Тейрин. Дабы избежать лишних жертв, пришлось посылать за магами в Круг. Когда наконец-то откликнулся и прибыл Первый чародей Ирвинг, то единственным способом избавиться от демона было найти его в Тени и насильно заставить покинуть тело ребенка. Йован было вызвался добровольцем, но Солона пошла в Тень самолично. В конце концов, за последние месяцы она имела столько контактов с демонами самых разных сортов, что один больше или меньше – уже не убудет. В Тени демон желания пыталась соблазнить чародейку, предлагая ей договор, в котором она бы вновь вернулась в тело мальчишки позже, за что она могла бы наградить Солону. Очередной демон и очередной отказ в сделке, разумеется, закончились боем, из которого стражница вышла победителем. Вернувшись в реальный мир, оставалось последнее – решить судьбу Йована. Голоса людей разделялись между усмирением и казнью, но Солона не могла допустить ни первого, ни второго, потому использовала Право Призыва, убедив остальных, что живой Йован, искупающий свои грехи трудом во благо ордена гораздо полезнее, чем усмиренный или же мёртвый. Прежде чем окончательно покинуть Редклиф и направиться на поиски Урны Священного Праха, которая возможно была последним шансом эрла Эамона на исцеление, Амелл нашла гнома-коллекционера, что выкупил меч Стэна, потерянный им еще до Лотеринга, и вместе с кунари они «вежливо» добились возвращения оружия законному владельцу.
Поиски Урны приходится начинать с Денерима, с места обиталища брата Дженитиви, автора известных трудов, в которых он описывает свои путешествия по различным уголкам Тедаса. К сожалению, хозяин дома не обнаружился, а вместо его помощника ошивался самозванец. Единственной наводкой стал журнал, оставленный братом Дженитиви, в котором упоминалось некое Убежище. Добравшись до этого неприветливого местечка, стражи имели радость познакомиться с целым поселением весьма сомнительных личностей, которые старательно гнали взашей чужаков и на проверку оказались фанатиками, в итоге напавшими на отряд. Когда напавшие отправились на встречу к Создателю, был обнаружен и искомый брат Дженитиви, который рассказал всё, что знал об этом месте и том, как добраться до Урны. В храме, уже на подступах к искомой цели, очередная группа блаженных, свято верящих в идею своего культа, во главе с неким Колгримом, предложили стражам осквернить Урну с прахом, на что Амелл дала категорический отказ. Итогом всех усердий и прохождения испытания веры, стало долгожданное нахождение реликвии, Урны Священного Праха, из которой Солона забрала лишь щепотку, ради того, чтобы отнести её в Редклиф, не более и не менее. Позже прах был передан банну Тегану и поспособствовал исцелению эрла Эамона.
Последними союзниками, согласно заключенным древним договорам, являлись гномы, посему дальнейшее путешествие привело в Орзаммар. Тейг, скрываемый в глубине Морозных гор, оставил неизгладимое впечатление, так как не был похож ни на что виденное Солоной раньше. Чудо инженерной и архитектурной мысли. Но рассматривать красоты времени было не так много, так как Серым стражам вновь нужно было разрешить чьи-то проблемы и розни, дабы получить желаемую поддержку в битве с Архидемоном и ордой порождений тьмы. Трон Орзаммара пустовал, и на него претендовали двое гномов – принц Белен Эдукан и лорд Пирал Харроумонт – и лишь когда кто-то из них будет коронован, то стражи получат то, зачем они сюда явились. Дабы не огородиться от поспешных решений, Амелл предпочла присмотреться к обоим кандидатам, чем помогать лишь одному из них. Но не смотря на все приложенные усилия, выбирать короля без одобрения Совершенной гномы отказывались. В данную авантюру с ними решил ввязаться и гном по имени Огрен, который так же хотел найти Бранку. Поиски той самой Совершенной Бранки привели стражей на Глубинные тропы, куда она ушла в своё время на поиски Наковальни Пустоты. Тропы кишмя кишели порождениями тьмы и можно было сбиться со счета сколько трупов отряд оставил за собой по дороге к Наковальне. Итогом всей кампания был выбор между Каридином, создателем Наковальни Пустоты, и Совершенной Бранкой, но страж приняла решение уничтожить артефакт, из-за чего пришлось избавиться от Бранки, которая этому препятствовала. В Орзаммар они вернулись после того, как списали обнаруженный список гномов, что добровольно отдали своим жизни ради создания големов, чтобы позднее передать список Хранителям в Алмазных залах. Не без значимости решения Амелл на этот счёт, на новым королём Орзаммара стал Белен, незамедлительно казнивший своего соперника и пообещавший стражам поддержку гномов. Еще ненадолго оставшись в Оразаммаре, Солона встретила юную гномку по имени Дагна, которая проявляла неподдельную страсть к магии, не смотря на то, что гномы ею не владеют, и хотела бы обучаться в Круге Магов. Амелл одобряла тягу к знаниям, да и Дагна, с её энтузиазмом, были её симпатичны, поэтому стражница пообещала замолвить за неё словечко в Круге. Там же, в Орзаммаре, Солона подарила Лелиане нага, которого бард назвала Шмоплзом. До того, как покинуть тейг, Солона успела переговорить и с Кардолом, предводителем Легиона Мёртвых, который так же согласился оказать помощь стражам в будущем.
В один из вечеров, когда весь отряд отдыхал в лагере на новой стоянке, пришел человек, представившийся Леви Драйденом и попросил о помощи стражей. Для этого нужно было посетить древнюю крепость ордена на Пике Солдата, где по его словам когда-то была стражем-командором его прабабка, имя которой следовало очистить от дурной славы. Авантюра вся завершилась убийством демона, что позаимствовал тело уже давно почившей Софии Драйден и позволением Авернусу, магу, что обитал в крепости, продолжать его исследования, которые определенно заинтересовали девушку и дали пищу для размышлений.
Покидая Пик Солдата по дороге отряд обнаруживает группу людей, в одном из которых узнается брат по оружию из Остагара. Увы, он получает ранение и последнее, что сообщает перед смертью, что на поле брани он спрятал ключ от сундука короля Кайлана. Было принято решение вернуться в Остагар, не смотря на все тягостные воспоминания, и осмотреться там. В Остагаре оставалось еще не мало порождений и передвигаться в руинах следовало с осторожностью.

- Знаешь, Винн, отчего-то, вернувшись сюда, я чувствую себя ужасно старым, - заметил Алистер, осматривая руины Остагара.
- И на что же это ты намекаешь, Алистер? – пожилая чародейка вопросительно приподняла брови, взглянув на мечника.
- А?.. Да нет, ничего. Так, подумалось...
- Подумалось, что я в этом чувстве знаток и могу дать тебе мудрый совет?
- Да нет, я про то, что был тогда совсем другим. Я верил ему, понимаешь? Верил, что это будет славная битва, что мы победим...
- Я тоже верила. Все мы тогда были чуточку моложе... – женщина вздохнула, идя дальше и поглядывая в сторону Амелл. Стражница шла ссутулившись, что было не в её характере, явно одолеваемая тяжелыми воспоминаниями.
- Ну, только не ты. Ты и тогда была старухой.
- Алистер! – стражница обернулась и с укором взглянула на Тейрина.
- С такой откровенностью, сынок, как бы тебе не помереть молодым.

Они находили всё по крупицам – собрали доспех Кайлана, отперли сундук в котором хранилась его переписка с императрицей Орлея и в итоге пришли к месту, где их ждала ужасающая картина… Тело Кайлана было распято на мосту, израненное и оскверненное, спустя столько времени оно поддалось разложению. Решив оказать ему те скромные почести, на которые они были способны в подобной ситуации, стражи предали тело короля огню на погребальном костре, благо, что от военного лагеря осталось много деревянных балок. Тело же Дункана так и не было найдено. С мрачными мыслями, отряд покинул Остагар.
В одном из разговоров Морриган попросила от стражницы помощи в добывании у её матери Флемет гримуара, требуя при этом убить старуху-ведьму. Вернувшись к обветшалой хижине близ Остагара, Амелл поговорила с Флемет и, испытывая к ней определенную симпатию, согласилась солгать Морриган об убийстве и передать ей гримуар.
Наконец-то собрав достаточно союзников для битвы, оставалось лишь расположить к себе двор Денерима и убедить баннов выступить против тейрна Логейна. Эрл Эамон решает созвать Собрание Земель, тем временем Амелл и её товарищи обосновываются в его поместье в столице. По настоянию некоторых членов отряда, они заглядывают в «Жемчужину», где Солона знакомится с занятной ривейнкой Изабелой, которая научила её игре в карты и не только… Когда в поместье эрла Эамона пришла служанка королевы, сообщившая о похищении Аноры людьми эрла Хоу, то Амелл откликнулась незамедлительно. Узнав, что в деле замешан эрл Хоу, с отрядом попросилась пойти и Элисса, ищущая отмщения за свою семью. Как оказалось, в злополучном поместье спасения ждала не только королева, но и не мало других пленников. Побежденного эрла Амелл отдала в руки Кусланд, позволив молодой тейрне самой решать судьбу убийцы её семьи, но вот покинуть поместье ни Амелл, ни Тейрин не смогли, схваченные в плен и отправленные в форт Драккон. Пока плененные серые стражи ждали своей казни, остальные товарищи не сидели сложа руки и предприняли всё возможное, чтобы спасти пленников. Не смотря ни на что, им это удалось и Солона вместе с Алистером бегут из форта Драккона. Оправившись от пережитого, предстояло вернуться к подготовке к собранию земель и дальнейшему плану действий. Поговорив с Анорой, которая предлагала стражам сотрудничество, Солона согласилась разобраться с подозрительными событиями, что творятся в денеримском эльфинаже и к которым, по мнению королевы, приложил руку её отец. Более подробное расследование таинственной «болезни» и пропажи эльфов вскрыло правду о том, что тевинтерцы забирали эльфов из эльфинажа для перепродажи в качестве рабов, на что дал своё добро тейрн Логейн. Магистр Каладриус, стоящий за всем этим, предложил было сделку, но Амелл наотрез отказалась иметь дело с работорговцами, и тевинтерец был убит, а разоблачающие документы Солона забрала с собой.
Учитывая все факты, что были на стороне стражей, и то, что они изрядно помогли жителям Ферелдена в это нелегкое время, подавляющее большинство присутствующих на Собрании Земель отдали свои голоса за Серых Стражей, отказав Логейну в поддержке. На к удивлению многих, когда решалась судьба тейрна-предателя, Амелл помиловала его и вынесла свой вердикт, что в качестве искупления собственной вины Логейн Мак-Тир будет призван в Серые Стражи и поможет остановить Мор. Не все понимали мотивов её поступка, многие не одобряли, например, Алистер, который был близким другом и товарищем по оружию, отвернулся от чародейки, посчитав предательницей. Но в своём решении в какой-то мере она руководствовалась честью, в какой-то и прагматичностью – убийство тейрна не вернуло бы потерянных жизней, а вот опытный воин и полководец им сейчас был весьма кстати. По итогу Собрания Земель, трон заняли Алистер вместе с Анорой.
Первый массивный удар порождения тьмы нанесли по Редклифу, который был успешно отбит и защищен. Перед самой финальной битвой за Денерим, Морриган вновь завела с Амелл разговор о гримуаре, но на этот раз речь шла о ритуале, который она нашла на страницах древнего фолианта. Ритуал позволял стражу, наносящему последний разящий удар Архидемону выжить, но результатом этого ритуала должно быть рождение ребенка с частичкой души древнего бога, коим и является Архидемон. В этом была определенная доля жгучей неловкости, но Солона смогла уговорить Мак-Тира на исполнение ритуала с Морриган.
Битва за Денерим началась с рассветом. Нужно было выстоять перед натиском армии порождений, вытеснив их из города, прежде чем добраться до «виновника торжества». Двигаясь от квартала к кварталу и отбивая атаки порождений, стражи приближались к форту Драккон. На кону было всё. Совместными силами гномов, магов и всех остальных союзников, которых смогли собрать Серые стражи, в долгой, кровопролитной и тяжкой битве Архидемон был всё же повержен, и Амелл самолично нанесла решающий удар. И, Тень всех поглоти, если бы на этом всё и закончилось!
В целях восстановления былого величия ордена и расследования причин деятельности порождений тьмы даже после гибели Архидемона, Солона Амелл была отправлена в эрлинг Амарантайн. Уже по прибытии она обнаруживает город атакованным порождениями, но атака была успешно отбита – в течении её она обнаруживает новых и старых знакомых, таких как Огрен, Андерс и Мхаири. Когда всё поутихло, Амелл проводил ритуал посвящения для новобранцев, но, к огромному сожалению, Мхаири не переживает ритуал. В тот же вечер Амелл вступает в должность Стража-командора Ферелдена и лорды и банны Амарантайна присягнули ей на верность.
Один из рядовых солдат сообщил о том, что был пойман и брошен в темницу вор, которого вчетвером еле скрутили по словам стражи, и ждут решения командора по поводу его судьбы. Амелл спускается в темницы и беседует с пленником.

После рапорта рядового солдата о пойманном воре, Солону проводили в темницы. Было сыро и горело лишь несколько факелов, свет от которых не охватывал и трети запутанных коридоров. Страж-командор подошла к единственной не пустующей клетке и внимательно посмотрела на сидящего на грязном полу мужчину.
- Я думал, что в тебе десять футов росту, и молнии из глаз сыплются. - эффектно "поприветствовал" командора узник, нахмурившись. То ли издевается, то ли юношеский романтизм не растерял. Впрочем, учитывая его угрюмый вид и недоверчивый взгляд, первое было многовероятнее. На контакт пленный не шёл - хмурился, фыркал, а после и вовсе скрестил на груди руки, выражая этим самым полное презрение и недоверие.
- Я Натаниэль Хоу. И ваш стражнический серпентарий в моем бывшем доме не к месту.
Услышав его фамилию, Солона вздрогнула от нахлынувших дурных воспоминаний. Мозаика начинала вставать на свои места - после того, как она отдала Рендона Хоу в руки тейрны Кусланд и по окончанию Мора, всё имущество и земли казненного предателя отошли ордену. Но вот только никто не спрашивал мнения у тех, кто имел не меньше прав и ни капли вины за душой.
- Мне очень жаль, что всё сложилось так, - слова чародейки были искренними.
В ответ на это он лишь дёрнул плечами, а после замолчал. Замолчал, упрямо глядя в одну точку и явно не желая продолжать дальнейший разговор. Однако, спустя пару минут, поковыряв носком сапога каменный пол, он заявил.
- Я бы с огромной радостью вспорол тебе горло, и с этой мыслью я шёл сюда. Но потом я решил просто забрать кое-что из семейного имущества, но оказался... - Пленник скорчил гримасу, - Недостаточно расторопным.
- Я стою достаточно близко к решетке, чтобы разбить мою голову об неё, схватив сквозь прутья. Если бы ты хотел, то все шансы убить меня на твоей стороне. Ты не убийца, это я вижу. Я разбираюсь в людях, - держа руки за спиной, Солона продолжала неотрывно смотреть на человека, тяжелая судьба которого загнала его в каменный мешок, за стальную решетку.

Итогом их разговора стало решение отпустить Натаниэля Хоу на все четыре стороны, так как тот не был виноват в грехах своего отца, да и мотивацию его действий Солона понимала как никто другой.
При первой же вылазке стража-командора с новоиспеченным отрядом в Чащобные холмы были найдены порождения, одни из которых куда-то тащили яростно сопротивляющуюся гномку. Стражи спасли её, и Амелл согласилась помочь найти остальных соратников гномки из Легиона Мёртвых. Увы, спустившись на Глубинные тропы, они не смогли спасти выживших и сами еле выбрались обратно наружу, избавившись от встреченных маток. Сигрун, спасенная гномка, приняла предложение присоединиться к ордену. На обратном пути в Башню Бдения отряду встретился некогда отпущенный Натаниэль Хоу, пересмотревший свои взгляды и самолично изъявивший желание присоединиться к Серым стражам. Амелл одобрила его мотивы и приняла лучника в ряды стражей.
Сенешаль Варэл рассказывает о Кристоффе, после чего поиски начинаются с его номера в гостинице в Амарантайне, где сверившись с картой, командор принимает решение продолжить поиски на Чёрных болотах. На болотах нашелся лагерь, возможно, разбитый Кристоффом, тем не менее, явно давно заброшенный. Вместе же с телом Кристоффа был обнаружен и Первый, разумное порождение тьмы, неожиданно совершившее ритуал, из-за которого весь отряд был отправлен прямиком в Тень. По ту сторону вуали, помимо типичных её обитателей, был замок, осажденный кучкой крестьян по главе с духом. Переговорив с последним и выясним его намерения, а так же, что он являлся духом Справедливости, Амелл согласилась выступить против некой Баронессы на стороне крестьян. Стоило сражению с порождениями, что были на стороне Баронессы, окончиться, как стражей выкинуло обратно в реальный мир. Помимо живых людей из плоти и крови, Тень покинула и иная сущность – тот самый дух Справедливости нашел себе место обитания в теле Кристоффа. Пополнив отряд столь необычным новобранцем, стражи двинулись вперед, дабы завершить начатое. Баронесса открывала порталы прямиком в тень, которые следовало незамедлительно уничтожить. Итогом битвы было убийство демона, в котором была сущность Баронессы.
В Башню Бдения пребывает Логейн Мак-Тир, ныне просто один из серых стражей, дабы сообщить о своём отъезде в Орлей, в Монтсиммар, по приказу Первого Стража Вейсхаупта. Зная не понаслышке об отношении старого вояки к Орлею и его обитателям, это можно было бы воспринять как принудительную ссылку с элементами садистского наказания. Но не смотря на это, прощальный разговор с Мак-Тиром вышел на удивление доброжелательным и, получив от него в качестве внезапного подарка то, что она нашел в хранилищах Денерима, Амелл распрощалась с бывшим врагом и ныне боевым товарищем.
Разбирая завалы в подвале Башни Бдения, чародейка обнаружила старинный лук мастерской работы, который она решила отдать Хоу и, как оказалось, не прогадала. Вещица оказалась фамильной и принадлежала некогда деду Натаниэля, который тоже был в своё время Серым стражем. Это был первый шаг к налаживанию контакта, не смотря на всю ту дурную историю с Кусланд и Рендоном Хоу. Андерсу же она подарила кота, найденного ею на улицах Амарантайна.
Некто планомерно грабит караваны в лесу Вендинг, с чем следует разобраться. Перепуганные солдаты, встреченные в лесу, невпопад твердили об эльфах, которые заставляют деревья оживать и нападать на людей. В итоге виновница переполоха, встреченная позже, на контакт идти отказывается. Обследовав лес вдоль и поперек, отряд находит две занятные детали – пустующий лагерь долийских эльфов, где везде разбросано по какой-то причине оружие и вырыто несколько неглубоких могил, и большая яма с трупами солдат в северной части леса. Определенно здесь что-то не сходилось вместе. Наконец найдя хоть одного выжившего очевидца, но, увы, погибающего от заражения скверной, Амелл узнала что же здесь произошло – порождения тьмы перебили и тех, и других, при этом хитроумно натравив выжившую эльфийку на людей, подставив солдат оставленным оружием в лагере. Единственное, что могло бы переубедить долийку, так это эльфийский медальон, найденный на одном из трупов порождений тьмы. Несчастный умирающий солдат, который помог разобраться во всём, попросил прервать его страдания, и Солона милосердно выполнила эту просьбу. Найдя долийку в лагере возле могил, рассказав ей всё как было и продемонстрировав найденный медальон, наконец-то удается убедить её и Веланна, именно так она представляется, встает на сторону отряда стражей. Эльфийка просит помочь разыскать её сестру, которая была похищена порождениями и для этого нужно уйти глубже под землю, для чего как никогда кстати подошел ближайший сильверитовый рудник. Вглубь рудника забрести не удалось, так как стражей ждала весьма неожиданная встреча. Разумное и говорящее порождение тьмы, представившееся Архитектором, поприветствовало стражей и, после короткой беседы, усыпило их. Очнулась она прижавшаяся щекой к сырому каменному полу, от которого пахло плесенью, и без оружия и доспеха. Помощь пришла с наименее ожидаемой стороны, от сестры новой знакомой долийки, Серанни. Она отдала ключ от темницы, чтобы стражи могли уйти отсюда. Как оказалось, доспехи были украдены некими мерзкими тварями, что особенно не одобрил Огрен, и их пришлось перебить, дабы вернуть своё добро. Вооружившись и добравшись до главного зала, отряд сталкивается с новой проблемой в лице выпущенных Архитектором двух драконов. Но как-то с пресмыкающимися Серые стражи расправились, Архитектор и его подручные ретировались, отрезав путь для преследования. В Башню Бдения стражи возвращаются уже с Веланной.
Сенешаль Вэрал созвал лордов Амарантайна и нынешнюю эрлессу для обсуждения военной стратегии, но совет был прерван девушкой-эльфийкой, которая сообщила, что армия порождений тьмы движется на Амарантайн. После первого же боя на улицах Амарантайна, констебль Айдан сообщает, что город пал и ничего уже сделать нельзя, в то же время подоспевает парламентер от Архитектора, разумное опрождение тьмы, которое сообщает тревожную новость – армия Матери, упомянутой Архитектором, идет на Башню Бдения. Крепость, за время руководства Амелл, была отстроена заново и укреплена, поэтому Амелл посчитала, что Башня Бдения выстоит, а мы самим следует помочь возможным выжившим в городе. Вырезав всех вторженцев, что заполонили город, стражи получили предложение отдохнуть и дождаться утра в церкви, где защитники города держали оборону. По утру выяснилось, что порождения тьмы до сих пор как-то проникают за стены города и, исходя из того, что наблюдали очевидцы, они появляются из гостиницы. Обнаружив тайный ход в одном из номер и выкурив оттуда порождений, стражи обезопасили город от дальнейшего попадания сюда сил противника. Гонец Архитектора вскоре доложил, что удалось выяснить местонахождения логова Матери и теперь Серым стражам осталось лишь нанести решающий удар.
Кладбище Драконьих костей, где следовало искать Мать, представляло из себя узкий горный проход, который стражам предстояло зачистить от порождений, прежде чем продвинуться дальше к своей цели. Путь их лежал в руины, где Амелл и её соратники обнаружили занятные тевинтерские артефакты – золотистые на вид кристаллы. Углубившись в руины, они обнаружили магические круги, предназначенные для этих кристаллов, что весьма заинтересовало Солону, занявшуюся изучением кругов. Возле второго круга произошла новая встреча с Архитектором, который рассказал свою версию всех событий и предложил свою помощь в борьбе с матерью при условии сохранения его собственной жизни, а так же, что он уйдет вместе с остальными порождениями на тропы и больше не будет беспокоить людей. Не смотря на свои природу и происхождение, до этого он проявил себя как не плохой союзник, посему Амелл согласила с предложением Архитектора. Наконец найдя Мать в её гнезде, которая рассказала и свою версию всей ситуации с Мором, в которой она называла Архитектора так же причастным ко всему, как и к созданию Детей в том числе, Серые стражи в любом случае не расторгли свой договор с Архитектором и убили Мать.
После всех этих событий Солона Амелл остается в Башне Бдения, являясь действительным Стражем-командором Ферелдена и эрлессой Амарантайна, следя за жизнью эрлинга и руководя новыми рекрутами ордена.
На протяжении следующего десятка лет Амелл не покладая рук работала на благо ордена и своего эрлинга. Нельзя было сказать, что она не скучала по былым временам - порой казалось, что сражаться бок о бок с товарищами против порождений тьмы в неравном бою было проще, чем мирить зарвавшихся баннов, и груз ответственности имел свой давящий вес. Во многом ей помогла справиться поддержка со стороны Хоу - мужчина, примерный страж и отличный руководитель, дослужившись до звания констебля, он взял на себя пудовую долю работы, связанную с полевыми вылазками отрядов и новыми рекрутами, всячески облегчая жизнь Солоне. Он оказал ей помощь и в разрешении конфликтов с баннами Амарантайна, которые не хотели мириться с чародейкой-эрлессой при живом наследнике Хоу. Работая вместе, лучник и магесса сблизились. Между ними определенно зрели тёплые чувства, неподобающие для взаимоотношений между начальником и подчиненным. Чародейка не смела признаться в этом не то что вслух, но даже самой себе в том, что со временем влюбилась в Натаниэля. Не желая устраивать из-за этого сложности в их работе, Солона старалась держать максимальную дистанцию от Хоу.

Стук в дверь кабинета отвлек от бумаг и Солона подняла взгляд в тот момент, когда после выдержанной паузы в щель деликатно просунулась голова Хоу.
- Командор, позволите? С гонцом из Амарантайна прибыла вечерняя корреспонденция.
- Мм? Ах да, да, конечно, - словно вынырнув из своих мыслей, она кивнула стражу. - Спасибо тебе, я забегалась и совершенно забыла о ней.
Мужчина зашел в кабинет командора и осторожно положил стопку писем на край рабочего стола Амелл, мимолетно заглядывая ей через плечо в бумаги, которыми она была занята.
- Первый Страж опять просит послать рекрутов в Вейсхаупт?
- Именно. Словно мы не более, чем промежуточный тренировочный лагерь между ними и Вейсхауптом, - не без раздражения ответила Солона, смотря на ненавистное письмо. - Хотя у нас самих каждый рекрут на счету.
Командор не смогла сдержать уставшего вздоха.
- Мне кажется, что он вполне может подождать до завтра.
С классической разбойничьей ловкостью наклонившись, Нейт выхватил этот лист, аккуратно держа его на весу, давая чернилам время высохнуть. Солона хотела было машинально выхватить листок обратно, но остановилась и забросила эту идею. Натаниэль был прав. Это могло подождать.
- Я не видел Вас в трапезной. Вы поужинали здесь?
На мгновение лицо Амелл стало растерянным и она отвела взгляд.
- ...И я ведь так и знала, что что-то я определенно забыла. Нет, ужин я пропустила вовсе.
Хоу произнёс нечто неразборчивое себе под нос, предположительно ругательство, судя по его недовольно нахмуренным бровям.
- Какой это раз за неделю? Третий? Четвертый? Вы совсем не щадите себя. Так. Садитесь у камина и не смейте прикасаться к бумагам. Я сейчас вернусь.
И с этими словами лучник спешно удалился, явно намереваясь принести своему начальству ужин прямо в кабинет. Солона усмехнулась, покачав головой и встала из-за стола. Хоу-Хоу. Всегда столь заботлив, обходителен и замечает все мелочи. Его подобное отношение... Грело душу. Несомненно грело.

За десять лет Солона показала себя прекрасной правительницей выделенного ей эрлинга, смыслящей в политике и дипломатии. Амарантайн расцвел в период правления Амелл под эгидой ордена Серых Стражей. Так же, после того как выяснилось о родстве с Хоук, то Амелл начала вести активное сотрудничество с Киркволлом, наладив для Амарантайна связи с Вольной Маркой.

0

3

Ваша анкета принята, добро пожаловать!
Создайте пожалуйста тему будущих Хроник персонажа и заполните Игровую информацию.
Чтобы начать игру, можете обратиться напрямую к Гейм Мастерам или в тему Поиска игроков.
И конечно же милости просим во Флуд, знакомиться и общаться.

0


Вы здесь » Плоды Гордыни » Принятые анкеты » In war, victory. In peace, vigilance. In death, sacrifice.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC